Охота за зимним гусем не сложилась. Весь декабрь погода замолаживала. Дождь и слякоть. Проселки распустило, поля заплыли. Сунешься и… тпр-р – приехали, берись за лопату. Чуть протащился – повторяй сначала. А в голове нескончаемо песня Высоцкого про свою колею звучит. Таки рискнули, безбожники, в святочную неделю. Ан, не улестил Владыко Небесный: дескать, не тем занимаетесь, когда людишкам отдыхать велено. И гусю, должно, приказал сидеть на лиманах.

Едем назад, притомленные и унылые, молчим. Тут егерь наш, и говорит:

- А чего это вы, хлопцы, печалитесь? Подумаешь, гуся нет! Бу-удет, непременно в другой раз будет. Сегодня ж старый Новый год! Калядки, щедривки, засевания. Оставайтесь у нас. Посмотрите, как на селе в Щедрый вечер гуляют. В городах давно позабыли, как надо праздновать.

День на вечер – дело к ночи, а впереди пять сотен верст. Остались. Прихватив гостинцев, так гуртом и завалились к хозяевам. Там уж и стол накрыт. Чего только не наготовила егерева молодка. И впрямь неизбывна традиция. Не успели у стола определиться – стук-стук в дверь.

- Вот бы раньше приехали. Тут столько щедровальниц перебывало, но девочки только до пяти ходят. Эти, небось, последние, – пошла открывать Оксана.

Вошли девчушки, махонькие, в костюмчиках феи, лисички и звездочки. Потолклись самую малость и начали:

- На щастя, на здоровья, на Новый рик, абы вам родыло краще, ниж торик: жыто, пшеныця, всяка пашныця, – громко и выразительно пропела та, что постарше, и поклонилась в пояс.

- Абы в всых вас сукны булы кольорови абы вы вси булы щаслывы й здоровы, – бойко вторила ей лисичка. – Новый рик зустричайте, щедрувальниц пригощайте! – засмеялась звездочка, глядя на вазу с конфетами.

Похвалив и одарив девчушек за добрые пожелания, мы и сами подняли стопки за год ушедший. Кто крякнул, кто икнул, а в дверь снова тук-тук… Выходило, совсем мы не опоздали – занесло ряженых. Развеселые бабенки, отбивая каблучками, выделывали коленца и пели: «Щоб була у вас завжды радисть и втиха, ваша хата щоб не знала ни якого лыха, хай добро и щастя вас зовсим не минае, а щедристь и ласка всих разом звеселяе!»

Но только закончилось общее пожелание – передо мною «цыганка» раскинула карты и требовала позолотить ручку. «Солоха» строила глазки Ник Миху. Жеманная и манерная «Трындычиха» обнималась с хозяином и писклявым голосом требовала «шаленой» любви. Под общий хохот, наконец, он узнал в ряженой «домогательнице» односельчанина Никиту, но «претензий» по поводу нетрадиционной «ориентации» не выказал. Открыто мужикам с ряжеными до полуночи вместе ходить обычай не позволяет. Так что все было в рамках веселых шуток. В них было столько жара и колорита, что мы действительно почувствовали себя окунувшимися в прошлое, когда издревле установившиеся традиции придали народному празднику Щедрого вечера такие краски, которые в украинских селах не поблекли до сих пор, дойдя до нас необычайно свежими и яркими. Только здесь горожанином во всей полноте овладевает впечатление, что календарные игры наших предков превратили конец декабря и две первых недели января в сплошной праздник, когда, начав с католического Рождества, народ самозабвенно гуляет. Вначале православные гостюют у костельщиков, потом вместе они пыхкают фейерверками и палят из ружей в Новогоднюю ночь. А там, глядишь, и православным приспел черед привечать всех доброю чаркой. И пошли, пошли чередою ряженые, калядники, успевай поворачиваться. Хошь не хошь, а запас имей. И хозяйство прибери, и скотину досыта накорми, и закусок наготовь, и себя приготовь, а все потому, что в этот вечер, считали наши пращуры, с неба сходит щедрый бог, осматривает хозяйство и входит в дом. А в ночь с 13 на 14 января встречаются Маланка и Василий, после чего рождается новый месяц. В эту пору и люди открывают в себе неизвестные стороны характера, и принимают неожиданно смелые решения.

После четвертых ряженых и нам захотелось пойти с ними, покалядовать и повеселиться в народе. Не тут-то было. На смену прежним явились новые, да не какие-нибудь, а будто специально для егеря обрядившиеся – лесное зверье. Мы ахнули! Тут были косуля, волк, енот, барсук. Кроме общего антуража, на головах ряженых были всамделешние шкуры, сзади от известного места свисали хвосты. Объявившиеся в хате лесные аборигены взяли в голос, каждый на свой лад, должно быть, приветстуя егеря. Потом, рыча, хрюкая и бекая, пустились в дикую пляску. Шум, гам, хохот заполнили все окружавшее нас пространство. По очереди они выкрикивали пожелания по улучшению их житья-бытья. Когда же закончился их бесноватый танец, вперед выступил хитромудрый барсук и продекламировал: «Не ходы, Васыль, до лиса, теж и на опушку, бо зустрынешь в лисе биса – попадешь в псыхушку!» читать дальше…