Archive for the Category ◊ Книги про охоту. ◊

Пыжом называется то вещество или материал, которым сначала прибивается всыпанный в дуло ружья порох и которым отделяется этот порох от всыпаемой потом сверх него дроби; другим пыжом прибивается самая дробь. Первый пыж называется нижним, а второй— верхним. Пыжи делаются из льна, поскони, конопли и шерсти. С тех пор как ввелись в употребление ружья с пистонами, дробовики и пороховницы — патронташи и пыжи, о которых я сейчас говорил, уволены в отставку. Вместо них стали употреблять так называемые рубленые пыжи, но вернее сказать — вырубаемые кружки из старых шляп и тонких войлоков посредством особенной железной формы, края которой так остры, что если наставить ее на войлок и стукнуть сверху молотком, то она вырубит войлочный кружок, который, входя в дуло несколько натуге, весьма удобно и выгодно заменяет все другого рода пыжи. Разумеется, эта форма всегда совершенно одинаковая с калибром дула, делается особенная для каждого ружья, что, конечно, довольно затруднительно. Таких легких и укладистых пыжей можно положить в один карман более сотни. Но как у многих деревенских охотников, особенно у охотников средней руки, нет форм и самого материала для вырубки пыжей, то они употребляют на пыжи какой-нибудь из числа тех материалов, о которых я упомянул сначала. Самые лучшие пыжи скатываются из льняных хлопков: они ложатся плотно, волокна их коротки и дробь в них не завертывается. За неименьем льняных можно употреблять хлопки посконные и конопляные, а за неименьем хлопков — самый лен, посконь и коноплю, предварительно изрубя, мерою в полвершка, длинные, волокнистые их пряди: в противном случае дробь иногда завертывается, и заряд будет неверен. Пыжи шерстяные употребительнее других у простых охотников; они имеют одно преимущество, что шерсть не горит, но зато заряд прибивается ими не плотно, часть дроби иногда завертывается в шерсти, и такие пыжи, по мнению всех охотников, скорее пачкают внутренние стены ствола. С пыжами из хлопков, весьма удобными в местах безопасных, надобно быть очень осторожну: они вспыхивают, вылетя из ствола, и могут произвести пожар; изрубленные же лен и конопля разлетаются врозь и, следовательно, не могут воспламеняться; очевидно, что для предупреждения опасности следует рубить и хлопки. Первый пыж, который кладется на порох, надобно прибивать довольно крепко, а второй, на дробь, только прижать поплотнее. Стреляющим с шерстяными пыжами должно принять в соображение то, что их пыжи могут отодвигаться тяжестию дроби, если дуло заряженного ружья будет обращено вниз, особенно на езде в тряском экипаже, что случается нередко; а потому должно всегда ружье, давно заряженное шерстяными пыжами, пробовать шомполом и снова прибить верхний пыж, ежели он отодвинулся; то же надобно наблюдать с вырубленными, войлочными и шляпными пыжами, особенно если они входят в дуло не натуге; с последними может случиться, что верхний пыж отодвинется, покосится и часть дроби сейчас высыплется, отчего последует неизбежный промах. Под словом давно я разумею ружье, заряженное несколько часов, потому что приносить его домой заряженным никогда не должно; многие не исполняют этого правила, и немало случается от того несчастных происшествий. читать дальше…

Дроби считается двенадцать нумеров. Сверх того, есть дробь крупнее 1-го нумера и называется «нуль», или «безымянка»; есть мельче 12-го нумера, носящая немецкое имя: «дунст». Русские продавцы называют последнюю: «дунец», производя это слово от глагола дунуть, то есть дробь так мелка, что дунешь — и разлетится. Забавно, что это совпадает со смыслом немецкого слова.— Дробь 1-го нумера называется гусиною; 2-го нумера — крупною утиною; 3-го нумера—утиною; 4-го нумера — мелкою утиною; 5-й и 6-й нумера не имеют особых имен, происходящих от птицы; 7-й и 8-й нумера называются крупною и мелкою рябчиковою дробью, а 9-й нумер — бекасиною, или бекасинником. Остальные три сорта дроби называются по нумерам, 10-й нумер обыкновенно, а 11-й очень редко употребляются для гаршнепов и самых крошечных куличков; 12-й нумер решительно не употребителен, и я не знаю даже, приготовляют ли его теперь. Дунста особо не льют, а отсевают из мелких сортов дроби, если кто закажет; да он совсем и не нужен: им можно бить птицу только в самом близком расстоянии. Из любопытства я пробовал стрелять дунстом; если заряд не разорвет птицу, то убивает ее, как будто палкой, не делая ран. Я застрелил однажды в августе дунстом молодого, но уже большого косача, сидевшего на низеньком дубке, шагах в пятнадцати от меня. Косач не пошевельнулся, умер на сучке и упал как сноп, только пух и перья полетели кругом. Когда я взял его за ноги и тряхнул, то весь бок, в который ударил заряд, дочиста облетел, как будто косач был ошпарен кипятком, и не только посинел, но даже почернел: раны — никакой, крови — ни капли.
Картечь есть не что иное, как маленькие пулечки или огромные дробины, несравненно крупнее безымянки; впрочем, величина их бывает различная, смотря по надобности; самую крупную картечь употребляют для зверей, как-то: медведей, волков, оленей и проч., а маленькую — для больших птиц, собравшихся в стаи, для лебедей, гусей, журавлей и дроф. Картечь может быть так крупна, что заряд в харчистое, то есть широкоствольное, ружье весь состоит из осьми пулечек; самой же мелкой картечи идет на заряд того же ружья от двадцати до двадцати пяти штук. Для того, чтоб картечь долее летела кучей, завертывают или завязывают ее в тряпку, даже заклеивают в бумажный патрон. читать дальше…







